Annie Hall
Начинающий волшебник
Нагруженная многочисленными свертками пуффендуйка, в теплом темном пальто и ярко-охристой шапке крупной вязки, завернула на высокий перрон станции. Судя по тому, что пару минут назад на дороге ей встретилась карета, двигающаяся в сторону замка, следующего экипажа нужно было немного подождать. Девушка аккуратно сгрузила свои покупки на расчищенный кем-то от снега участочек скамьи и засунула руки в карманы, оглядываясь вокруг в поиске возможных попутчиков. Однако, пока что, единственными её компаньонами был угрюмый дворник, шаркающий редкими прутьями метлы по бетонному покрытию перрона , да станционная билетчица, деловито прошагавшая по хрупкой снежной пелене из своей небольшой будочки, чтобы навести себе чашечку чая в небольшой кухоньке, спрятавшейся в здании вокзала. Энн задумалась, что не так часто в течение дня кто-то приходит купить билет на Хогвартс-экспресс, и как должно быть скучно проводить свои дни в будке, делая лишь периодические перерывы на чашку чая.
Пуффендуйка решила переключиться с грустных мыслей, грозящих в любой момент перевалиться на обдумывание своего собственного будущего, которое периодически окрашивалось то в серые, то в темны оттенки, и стала перебирать в голове сегодняшние покупки. Больше всего ей нравилась большая красивая звезда факультетского золотого цвета, которую она планировала водрузить вечером на ёлку в гостиной. Вообще, этот новый год почему-то был целиком связан у девушки с вещицами золотистых оттенков, хотя раньше она всегда предпочитала серебро. Пятикурсница подумала, что может быть дело в стихии огня, к которой она стала тяготеть все больше и больше, по мере изучения Стихийной магии. Её притягивали языки пламени, его тепло и уют. Конечно, Энн понимала, что у стихии есть и оборотная сторона, с которой нужно уметь совладать. Однако, она никуда не спешила и всегда наблюдала за своими ощущениями от соединения с пламенем. "Что-то, а сейчас я была ба не прочь компании теплого очага" — активно растирая начинающие подмерзать руки, подумала пуффендуйка и стала прислушиваться, не скрипит ли по снегу за поворотом карета.
* * * * *
Спустя двадцать минут, когда Энни начала терять терпение и тепло под пальто, на станцию вышла парочка закутанных с ног до головы студентов, нагруженных пакетами из Сладкого Королевства. Почти тут же около перрона материализовалась закрытая карета темного дерева. Волшебница фыркнула, отчего из её рта поднялось еле заметное облачко пара. Подхватив свертки, пуффендуйка заторопилась к карете, чтобы та не вздумала отправиться без неё, оставив куковать на станции, в ожидании новой партии пассажиров. Подождав, пока рассядутся внутри любители сладкого, девушка чинно расставила свои пакеты на свободные места и забралась на подножку кареты сама. Мальчишки поджали по-подростковому несоозмеримо-длинные ноги, освобождая пространство для "дамы", сердито сверкающей на них янтарно-медовыми глазами. Удовлетворенно хмыкнув, Энни уселась у окошка и принялась смотреть, как дернулась карета и поплыли мимо задние станции, скованная первым льдом поверхность Черного озера, горные вершины сзади и вскоре, вдалеке показался замок. Высадившись у ворот, Энн достала палочку и подняла в воздух свертки, которые теперь, под защитным полем замка, нести в руках не было смысла.
Пуффендуйка решила переключиться с грустных мыслей, грозящих в любой момент перевалиться на обдумывание своего собственного будущего, которое периодически окрашивалось то в серые, то в темны оттенки, и стала перебирать в голове сегодняшние покупки. Больше всего ей нравилась большая красивая звезда факультетского золотого цвета, которую она планировала водрузить вечером на ёлку в гостиной. Вообще, этот новый год почему-то был целиком связан у девушки с вещицами золотистых оттенков, хотя раньше она всегда предпочитала серебро. Пятикурсница подумала, что может быть дело в стихии огня, к которой она стала тяготеть все больше и больше, по мере изучения Стихийной магии. Её притягивали языки пламени, его тепло и уют. Конечно, Энн понимала, что у стихии есть и оборотная сторона, с которой нужно уметь совладать. Однако, она никуда не спешила и всегда наблюдала за своими ощущениями от соединения с пламенем. "Что-то, а сейчас я была ба не прочь компании теплого очага" — активно растирая начинающие подмерзать руки, подумала пуффендуйка и стала прислушиваться, не скрипит ли по снегу за поворотом карета.
* * * * *
Спустя двадцать минут, когда Энни начала терять терпение и тепло под пальто, на станцию вышла парочка закутанных с ног до головы студентов, нагруженных пакетами из Сладкого Королевства. Почти тут же около перрона материализовалась закрытая карета темного дерева. Волшебница фыркнула, отчего из её рта поднялось еле заметное облачко пара. Подхватив свертки, пуффендуйка заторопилась к карете, чтобы та не вздумала отправиться без неё, оставив куковать на станции, в ожидании новой партии пассажиров. Подождав, пока рассядутся внутри любители сладкого, девушка чинно расставила свои пакеты на свободные места и забралась на подножку кареты сама. Мальчишки поджали по-подростковому несоозмеримо-длинные ноги, освобождая пространство для "дамы", сердито сверкающей на них янтарно-медовыми глазами. Удовлетворенно хмыкнув, Энни уселась у окошка и принялась смотреть, как дернулась карета и поплыли мимо задние станции, скованная первым льдом поверхность Черного озера, горные вершины сзади и вскоре, вдалеке показался замок. Высадившись у ворот, Энн достала палочку и подняла в воздух свертки, которые теперь, под защитным полем замка, нести в руках не было смысла.