Теплицы Хогвартса

[Регина Бабл]

— Подожди подожди, я не совсем понимаю. Как ты можешь не помнить, что с тобой произошло? Тебе стёрли память? Прокляли во сне? - задумчиво переспросила слизеринка, совершенно не понимая ход мыслей друга.

Ей было неловко от своих же вопросов, весь от этого Эрик вновь стал загадочным и серьёзным. Кажется, это всё сильно его гложило. Регина неловко подалась вперёд и осторожно коснулась пальцами его руки, в знак поддержки. Она оказалась такой холодной и безжизненной, что невольно по телу прошли мурашки.

— Если хочешь... Мы можем об этом не говорить. Просто мне немного не по себе, и тебе, кажется, тоже. Кажется, я лезу в то, куда не следовало бы, - она закусила щёку, боясь произнести что-нибудь лишнее.

 

[Eric Zimmerman]

— Нет, слушай... - блондин вздрагивает, когда чувствует чужое, такое тёплое и чувственное прикосновение. Оно пронзает насквозь, проходится тонкими иглами по каждому нерву и выходит через рваный вздох. Так давно к нему никто даже не прикасался, что он и забыл, какого это - чувствовать другого человека. Сразу же смутившись, он продолжил. - Всё хорошо, ладно? Да, мне немного не по себе, ведь я никому не рассказывал, что со мной произошло, но я считаю, что раз уж ты хочешь быть моим другом, то я должен это сделать. Ты должна знать правду и я должен поведать обо всей этой тайне.

— В общем, да, я не помню, что со мной произошло. Не знаю, как так получилось, но для меня прошла лишь вспышка, я просто очнулся на том же месте, что и был - возле запретного леса. Словно кусок моей памяти вырезали и сшили один момент с другим. Это странно, я знаю, - мальчишка вздыхает, чуть двигая рукой чтобы обхватить ладонь девочки. Признаться честно, это действительно помогает ему сконцентрироваться и немного... Отпустить то, о чём он сейчас говорит.

— Ну вот и дальше я стал чувствовать себя... туманным, скажем так. Это очень ярко чувствовала одна моя однокурсница и даже думала, что я вампир, ха-ха, представляешь? - Эрик нервно хихикнул, пытаясь изобразить смешок от своей шутки. Выходило из рук вон плохо. - А дальше случилось одно, м-м, путешествие, в процессе которого в меня кое-чем запульнули. И тогда я осознал. Понял, что нахожусь где-то на границе миров, здесь и там одновременно. Я будто погиб когда-то тогда, но почему-то до сих пор жив и... Это странно, да.

 

[Регина Бабл]

— Постой, ну а дальше? Ты говоришь, что очень давно ни с кем не общался, но рассказ заканчивается на том, что ты говорил с той однокурсницей, - второкурсница сильнее сжала руку Эрика, тревожно заглядывая ему в лицо. Казалось, что он что-то упускает.

— Что было между тем событием и нашеё встречей? Сколько прошло времени? Ты говоришь так, словно это было одновременно вчера и... много лет назад? Так не бывает, - обеспокоенно она переворачивала свою голову, в поисках собственного ответа на вопросы, но ситуация становилась всё запутаннее. Голова начинала болеть. - Прошу, не скрывай от меня ничего.

 

[Eric Zimmerman]

— Да-да, ты правда. я действительно помню это как вчерашний день, но на деле... Это было ещё на третьем курсе. Сейчас я на шестом, вот и считай, - блондин хмурит брови, смотрит на их руки и начинает большим пальцем осторожно поглаживать тыльную сторону ладони второкурсницы, в надежде хоть немного её успокоить. Она действительно не ожидала услышать всё это.

— То событие закончилось неизвестностью. Меня выкинуло из портала и дальше я не помню ту ночь, но помню обеспокоенные глаза той девочки. С той ночи я её не видел. И она меня тоже. Я вообще с того времени никого не видел, - мальчишка поднимает глаза и всматривается в два отражения. Огненное и ледяное. Он хочет увидеть там понимание, но видит лишь чужое беспокойство. Она была не готова, нет. Нужно было выбрать другой момент.

— С того времени началась моя метаморфоза. Я не помню, где был я сам, не помню что делал. Я не мог видеть никого, для меня замок был всё время пуст и никто также не видел меня. Я не ходил в большой зал, перестал есть совсем и нуждаться в пище, перестал спать и... Я лишь блуждал где-то здесь, не имея возможности выбраться за пределы замка, - вздохнул Эрик.

 

[Регина Бабл]

Девочка жуёт собственные щёки, чтобы не начать говорить что-нибудь лишнее. Она явно была не готова к таким откровениям, но была готова принять их сейчас, потому что пути назад уже нет. Она хочет быть другом этому загадочному мальчишке, хочет помочь и стать ближе с ним.

— Слушай, - она сильнее сжимает руку Эрика. - Это всё жутко, ужасно и неприятно. Но ведь, как-то ты сейчас меня видишь, а значит - не всё потеряно. Расскажи мне ещё, как получилось так, что мы с тобой сидим тут? Ты ведь не мог видеть никого раньше.

 

[Eric Zimmerman]

— Да... - мальчишка тяжело вздыхает и хмурит брови сильнее. От внутреннего напряжения, от серьёзной мордашки второкурсницы рядом и от собственной беспомощности. - Дальше всё для меня ещё непонятнее. Начался новый семестр и я... Решил просто выйти прогуляться. Сначала всё было как обычно, я не видел никого, замок был пуст, словно сюда не приехали сотни студентов в этот день. А потом я встретил Агату. Это было сумасшествием для меня, но мы видели друг друга и даже немного поговорили. Потом меня занесли ноги на кухню и я, как в бреду, накинулся на какое-то пирожное. От него мне стало жутко плохо, всё внутри скрутило.

Мальчишка покачал головой, сам недоумевая от своего же рассказа. Он звучит так бредово, в каком-то смысле.

— А потом случилась встреча с деканом и парой обитателей подземелий. Мне кажется, всё дело в мексиканцах, понимаешь. Затем, я пробовал поесть, но всё не выходило. Меня мутило от любой пищи, а тянуло только на сладости. А потом распробовал фрукты. От них не плохо и очень вкусно, благодаря ним я чувствую. Вот, так и случилась наша встреча. Не знаю, почему мы увидели друг друга, но это подарок судьбы, не иначе, - блондин тепло улыбается, осторожно поднимая взгляд на девочку.

— А теперь пойдём отсюда, уже слишком поздно для посиделок в теплице и тебе пора спать. Завтра на занятия, - усмехнулся Эрик, вставая и потягивая Регину за собой.

 

[Регина Бабл]

— Блин, ладно ладноо, как скаажешь, - усмехнулась девчонка, внутри всё ещё обескураженная случившемся. Эрик так быстро переменился в лице, стал счастливее и словно прогнал ту муть, которую рассказывал секунду назад. Но Бабл знала, что глубоко внутри него всё ещё сидит это всё. - Не знала, что ты теперь меня опекаешь.

Регина заливисто рассмеялась, выпуская чужую руку и вприпрыжку направляясь к двери. У входа она остановилась и оглянулась.

— А что вообще говорили мексиканцы? Ты с ними знаком?? Может они знают, как решить твою проблему? - она обеспокоенно затараторила, не понимая о чём речь и, действительно думала, что слизеринцу можно помочь так легко.

 

[Eric Zimmerman]

Мальчишка неторопливо, по своему обыкновению, идёт к выходу, наблюдая за тем, как сменяется состояние слизеринки. Ещё секунду назад она была так обеспокоена его состоянием, а сейчас, кажется, отпустила всё это. Оно и к лучшему. Блондин смеётся почти что в тон ей и ехидно щурится.

— Да не опекаю я тебя, просто спина затекла сидеть тут и запах земли надоел, фу, - усмехается он хитро и пожимает плечами. В каком-то смысле, он теперь на самом деле чувствует ответственность за эту девчонку и хочет уберечь её. От чего - пока не знает. Она - словно его младшая сестра. Такая же непоседливая и сумасшедшая.

— С ума сошла? Не знаком я ни с какими мексиканцами. У них в народе есть поверье, что пока живые люди тебя знаю и помнят, то после смерти ты остаёшься жить в лучшем мире. Не думаю, что они знают, как решается моя проблема, но в чём-то я им верю. В конце концов, после встречи с Агатой мне стало несколько лучше, значит если она меня помнит, то я живу дальше. Такой вывод я сделал, - Эрик пожал плечами, выталкивая из теплицы Регину, и широко улыбнулся. - А уж с тобой то как заживём!

 

[Регина Бабл]

Девочка серьёзно качает головой, полностью принимая на веру всё то, что говорит ей старший слизеринец. Он кажется серьёзным и, наверное, разбирается в этой теме многим больше, чем она. Ну, по крайней мере, она так думает.

— Да, я вообще тебя хорошо запомню! Особенно твоё в поведение в первый день, - Регина громко, весело смеётся, выходя из теплицы и направляясь в замок, чтобы наконец уснуть и переварить все эти мысли. Однако, она уверена, что это только начало её приключения. И оно обещает быть крайне захватывающим.

 

[Ника Плотникова]

После ужина слизеринка вышла из Большого зала и направилась в теплицы Хогвартса. Один из профессоров поручил пересадить несколько мандрагор.

Путь от зала до теплиц занял не больше двадцати минут. Пройдя по длинным коридорам замка, второкурсница вышла из одного крыла в другое, перейдя по подвесному мостику. За дверями находился небольшой холл, а сразу за ним теплицы. Толкнув последнюю дверь, Ника оказалась возле нужного ей здания. Подойдя к секции, предназначенной для второго курса, она вошла в тёплое застеклённое помещение.

Сняв мантию и оставив её на стойке, где обычно студенты складывали вещи перед занятиями, Николь надела перчатки, фартук и специальные наушники. Подойдя к столу с инструментами, девочка выбрала лопатку и новый горшок, после чего заняла свободное рабочее место. Оставив предметы на столе, Ника направилась за землёй. Перенеся её с помощью чар левитации, наполнила лейку водой, затем взяла старый горшок с мандрагорой и вернулась к своему месту.

Аккуратно подготовив новую почву, она резким движением вынула растение, стараясь не попадать под её крик и избегая рта. Стряхнув старую землю с корней, Ника пересадила мандрагору в новый горшок, присыпала сверху свежей почвой и полила водой. Повторив те же действия с другими растениями, девочка почувствовала усталость, но работа продвигалась быстро.

Закончив пересадку, Ника аккуратно убрала за собой стол, сложила инструменты на место, сняла фартук и перчатки, а наушники вернула на стойку. Подхватив сумку, она вышла из теплицы, оставив за собой запах влажной земли и трав.

Времени хватало, поэтому девочка поспешила обратно в Большой зал, чтобы успеть на ужин.

 

[Юлианна Виноградова]

Над раной шутит тот, кто не был ранен.
Юлианна брела по коридорам школы. Она все никак не могла дойти до теплиц школы. Она устала. Она очень устала. Она никак не могла подумать, что этот дар обернется для неё проклятием. Она не может нормально передвигаться. Каждый раз пространство схлопывает и она видит то, что не видят другие. Стоило бы обратится в больничное крыло, а лучше к профессору прорицаний, но девушка чего-то боялась. Весь макияж на её лице поплыл от слез, что морем стекали по её лицу. Юна уселась у фонтана и опустила голову на колени. Её некогда зелёное платье покрылось чёрными пятнами, будто сажа въелась в ткань. Девушка подняла заплаканное лицо и посмотрела на небо. Уже темнело рано. Свежий прохладный ветерок трепал белоснежные волосы пуффендуйки. Он подхватывал слезы девушки и уносил далеко, избавляя её от нежелательных эмоций. Юлианна успокоилась и направилась дальше.

Она приблизилась к теплицами школы. Она зашла в тайную теплицу, где когда-то, будучи несколькими семестрами ранее, она сражалась с гигантским токсичным растением. Воспоминания нахлынули на неё. Эта рана уже давно зажила и не было у девушки ни капли боли и жалости. Все её трудности закаляли. Она крепко сжала кулаки до хруста пальцев. Взяв со стола стеклянную колбу, она решила сделать зелье для ускоренного роста, но вновь погрузилась в пучину раздумий. Эмоции вновь бушевали на её лице. Она крепко сжала колбу и та лопнула в её руке. Откуда у хрупкой и нежной девушки столько сил, она не знала. Рука побагрела, но Юна не всплакнула даже. Юлианна выпрямилась и вздернула подбородок.
- Я добьюсь своего и избавлюсь от клятых видений. Либо умру, либо я исполню предначертанное - промолвила пуффендуйка и будто дефилируя вышла из теплицы.

Она забыла про рану, что кровоточила. Забыла про боль, что не чувствовала. Забыла про все. Багровый шлейф тянулся за ней, впитываясь в землю. Повернув на минуту голову назад, девушка узрела чудо. В том месте, где её кровь впиталась в землю, появился росток. Девушка улыбнулась и зажала рану, направившись за эликсиром, заживляющим раны.

 

[Юлианна Виноградова]

Пуффендуйка сегодня встала довольно рано. Ночные кошмары не давали ей нормально поспать и оттого девушка уснула к 2 часам ночи. Встать в 6 утра для нее было тем ещё испытанием, но ей не хотелось пропускать лекции и оттого девушка переборола сон и усталость и собралась на лекции. Когда лекции были окончены, девушка решила сходить к теплицам школы. Вспомним, что сегодня она планировала сходить в запретную секцию за нужной для неё книгой, Юлианна задумалась о необходимости посещения теплицы. Но что-то её туда тянуло. Видимо видение про пожар в Теплице не могло пройти для неё бесследно. На улице стало заметно прохладнее и девушка накинула поверх платья накидку. Плохое предчувствие гнало её в теплицы. На улице было тихо, никого из студентов и профессоров девушка не встретил на улице и это было довольно странно. Что-то странное творилось. Всë из видения сбывалось и от этого было страшно. Юна приближалась к теплицам и видела дым, который подымался в небо. Страшное сбывалось.
- Хоть бы там никого не оказалось - подумала девушка.
Юлианна стояла вблизи горящего здания. Деревянный каркас теплицы горел, а внутри доносились крики. Прислушавшись, Дива поняла, что это были растения. Им было больно и им никто не мог помочь. Юна взяла палочку в руку и пыталась затушить пожар, но что-то тяжело он тушился. Будто этот пожар вызван темной магией. От этого стало не по себе. Кто в школе занимается темной магией. Юна решила действовать радикально и создала вокруг себя купол и проникла в теплицу. Внутри стоял непроглядный смок, балки обуглились и чернети. Основание подкашивалось и еле стояло. Юна увидела горшки с растениями, что тянули свои стебли к ней в надежде спасения. Юна схватила горшки и выбежала из горящего здания. Огонь попытался искусать растения, но Юна вовремя отогнала языки пламени и растения выжили. Как только теплица опустела от растений, каркас опасно затрескал и рухнул, подымая столбы дыма в небо. Неужели никто не видел, как горит теплица. Юна стояла с растениями в руках, которые обвивали её, пряча свои стебли в накидке. Они явно были испуганы. Девушка перенесла растения в другую теплицу.
Удостоверившись, что другим теплицам не угрожает ничего, Юна ушла в школу в поисках хоть кого-нибудь.

 

[Ника Плотникова]

Теплица встретила Нику тишиной. Серебристые блики, отражавшиеся от стеклянной крыши, ложились на землю и листья растений причудливыми узорами. Внутри было тепло и влажно, поэтому девочка стянула мантию и повесила её на крючок у входа.

Ника неторопливо подготавливала место: надела перчатки, фартук, достала инструменты, принесла новые горшочки и землю. Сегодня никаких опасных растений не будет, поэтому она осталась только в простых перчатках и без защитных очков. Но волосы все равно закрутила в пучок, просто чтобы оно не мешались. И принялась перебирать рассаду. Самые крепкие росточки она откладывала отдельно, для них предназначались просторные горшки, где они могли расти свободнее. Более слабые растения Ника пересаживала в небольшие горшочки, подсылая им удобрение.

Вдруг, в дальнем углу теплицы, что-то упало. Звук разбившегося горшка отразился гулким эхом. Девочка насторожилась, но списала всё на то что может, задела что-то раньше, а упало только сейчас. Продолжив работу, она старалась не обращать внимания на тревожную мысль.

Но вскоре снова раздался звон. На этот раз явно что-то разбилось. Ника аккуратно отложила лопатку, сняла перчатки. Нащупав палочку в кармане брюк, она крепче сжала древко. Лунный свет, пробивающийся сквозь стеклянные панели, мягко освещал ряды растений и узкие проходы. Девочка пошла по кругу, оглядываясь, света хватало, чтобы заметить кого-то среднего или крупного размера. Но вокруг никого не было.

Вернувшись к своему столу, Ника решила затаиться. Она присела и, затаив дыхание, прислушивалась к каждому шороху. Минуты тянулись медленно. Четверть часа прошла в напряжённом ожидании, но новых звуков не последовало.

– Показалось… – подумала Ника, возвращаясь к рассаде.

И снова её руки зарылись в землю, перебирая маленькие ростки. Но лёгкая тревога всё равно сидела где-то глубоко внутри, как будто кто-то был здесь. И Ника его ощущала, но не могла увидеть.

 

[Ника Плотникова]

Резко раздался звон разбившегося стекла. Совсем близко. Ника мгновенно развернулась, наложив на себя защитные чары. Сердце забилось быстрее.

– Люмос! – взмахнула она палочкой. На её конце вспыхнул шарик света, осветив ближайшее пространство.

В свете чар блестели осколки какой-то тары. Слизеринка медленно водила палочкой из стороны в сторону, внимательно осматриваясь, но опять никого не увидела.

– Да что же это такое? – недовольно пробормотала она. – Не могла же я так устать, чтобы начинало мерещиться… Посуда ведь не может просто так биться сама по себе.

– Репаро! – Ника направила палочку на осколки. Перед её глазами вазочка со звоном сложилась воедино и снова стала целой. Девочка осторожно подняла её и поставила на полку, где, как ей показалось, она и стояла.

И тут её взгляд зацепился за маленький белый комочек, шевельнувшийся в стороне. Белоснежный, пушистый, похожий на клубочек шерсти.

– Так это ты тут шумел? – выдохнула Ника, чувствуя, как напряжение отступает. – Заставил меня думать, что тут кто-то есть. Точнее ту тут есть.

Она осторожно протянула руку. Маленький пушишка не возражал против прикосновения, доверчиво прижимаясь к её пальцам. Эти существа были безобидны, но всё равно Ника старалась быть осторожной.

– Что же с тобой произошло, что ты оказался здесь один, без стаи? – в девочке проснулась жалость к маленькому созданию.

Аккуратно взяв пушишку на руки, она вернулась к столу. «В замок тебя не унесу, да и себе оставить не смогу. Как будто у меня и без тебя мало забот», – мелькнула мысль в голове.

– Сиди пока тут, я закончу работу, а потом выпущу тебя. Иначе профессор травологии будет совсем не рад, если узнает, что ты тут устроил свои приключения.

 

[Ника Плотникова]

Посадив пушишку на стол, Ника не спеша закончила пересадку рассады. Всё убрала по местам, сняла перчатки и фартук. А затем снова подхватила маленького пушистого нарушителя и, взяв мантию, вышла на улицу.

Ночь была прохладной, воздух напоён запахом влажной травы, опавших листьев. Девочка прижала пушишку к себе.

– Ну что, дружок, пора прощаться. – Ника аккуратно опустила его на землю.

Маленькое создание задержалось на миг, словно прощаясь, а потом быстро закатилось в сторону запретного леса. Ника смотрела ему вслед, пока он не исчез в темноте, а затем повернулась и направилась обратно к замку. Несмотря на поздний час и долгую работу в теплице, усталости она почти не чувствовала.

– А теперь, пожалуй, загляну на кухню, – подумала Ника. – Хочу чего-нибудь вкусного.

Коридоры замка встретили не привычной тишиной. Портреты мирно дремали, факела тусклым светом освещали коридоры. Ника тихонько пробирались по коридорам замка. Несколько пролетов вниз и вот девочка стояла перед картиной, щекоча грушу.

 

[Йонас Вейсс-Хэмилтон]

Честно говоря, Вейсс не был каким-то большим фанатом темы с копанием в земле и посадкой всяких растений. Он вообще растения не слишком любил, ровно так же, как и они его, ведь ни одно из них так и не прижилось, когда Йонас пытался за ними ухаживать. Исключение составили, разве что, кактусы, поскольку те не слишком привередливы в уходе. И, собственно, именно поэтому к заданию по уходу за каким-нибудь растением пуффендуец отнёсся крайне скептично. Ухаживали бы сами, если так сильно хочется, в чём проблема? Однако задание есть задание, да и, по сути, никто ведь особо не уточнял, что именно подразумевается под словом «уход». Поэтому Вейсс здесь, в теплице. А в руках у него баночка с черенком мяты длиной около десяти сантиметров, который простоял в воде неделю и теперь предстояло посадить его в горшок. Никто ведь не говорил, что растение должно быть каким-то уникальным, да?

 

[Йонас Вейсс-Хэмилтон]

Правда, заданием со звёздочкой оказалось выбрать пустой горшок. От количества выбора первокурсник растерялся, но быстро взял себя в руки, а дальше всё начал делать так, как их учили на занятиях Травологии. Первым делом, естественно, он надел перчатки и защитный фартук, чтобы случайно не запачкаться. На дно горшка Йонас положил песок, сверху – немного белого мха, затем – специальную почву, найти которую тоже, кстати, было квестом. Добавив немного удобрения и полив всё это, он посадил мятный черенок, который впоследствии должен был немного (или много) вырасти в полноценное растение. Ну, Вейсс на это очень надеялся, по крайней мере. Задерживаться дольше не было смысла, поэтому, убрав за собой и сняв защитную одежду, пуффендуец взял в руки горшок с растением и пустую банку, после чего отправился обратно в гостиную факультета, где планировал торжестенно вручить результат своей работы человеку, который это всё затеял.

 

[Мария Гуткович]

Далее Робин решила отправиться в теплицы для того,чтобы посмотреть,как поживают ее любимые растения. Зайдя внутрь, девочка сразу почувствовала их приятный аромат,даже несмотря на то,что на календаре было уже двадцать седьмое ноября и неистово приближалась зима. Девушка взяла лейку,наполнила ее водой ( делала она это без помощи магии сегодня,потому что ей так захотелось) и очень аккуратно полила все растения и цветы. Ей очень нравилось находиться среди всей этой красоты,которая ее окружала не только в теплицах,но и в других закоулках замка. Полюбовавшись вдоволь цаетами, Робин ушла.

 

[Verbena Undin]

Девочка аккуратно вошла в теплицу, не обращая внимания ни на что.
Для неё до сих пор было немного удивительно, что она уже здесь, в Хогвартсе, а не в родном доме, где всегда царил уют, покой и множество интересного, что она ещё не успела изучить.
Однако, когда студентка вдохнула слегка тёплый воздух, заполненный ароматами растительности, ей стало спокойнее.

Лекция по прорицанию, которую Вербене сегодня удалось посетить, показалась очень интересной, учитывая, что родители волшебницы занимались прорицанием при помощи самых разных инструментов.

Последняя карта с урока особенно запомнилась, из-за чего колдунья, сама того не заметив, оказалась именно здесь. Сад, теплица, парк, лес... Её душа тянулась туда, откуда веет спокойствием, жизнью и гармонией.
Ей стало интересно, как устроена теплица и что тут вообще есть.

Пообещав себе ничего не трогать, Ундин пошла по ближайшему ряду растений, внимательно из рассматривая.
Тут были и те, которые она знала, и те, которые видела впервые.
Но какой-то неизвестный ей цветок с синими лепестками привлёк её внимание.
Она завороженно смотрела на него, хотела потрогать, но понимала, что это может быть и опасно, и некультурно, а потому села рядом и, достав блокнот, начала зарисовывать чудо природы.

Проведя в теплице ещё час, ученица встала, отряхнулась, направилась к выходу.
Но перед тем, как покинуть это место, повернулась, поклонилась, а потом прошептала:
"Спасибо, природа, что позволила провести это время рядом с тобой".
И, аккуратно открыв дверь, направилась дальше бродить по замку.

 

[Йонас Вейсс-Хэмилтон]

После разбора полётов с учебным материалом следовала задача номер два: поухаживать за растением. На вопрос о том, можно ли поухаживать за собой, если считаешь себя комнатным растением, второкурснику почему-то ответили лишь скептичным взглядом, который, впрочем, был весьма красноречив. Поэтому Йонас здесь, в уже знакомой теплице, перебирает рассаду фиалок и делает это даже по технике безопасности, не поверите. Ну, если это можно назвать техникой, конечно, ведь он просто облачился в защитные перчатки и фартук, а они несли в себе банальную цель: способ защититься от грязи. В целом, работать со всеми этими травами интересно, если не думать о том, что это добровольно-принудительно. Разделив ростки на более и менее сильные, Вейсс перешёл к подготовленным горшкам. Их было два вида: синие и фиолетовые, и вам лучше не знать, с каким трудом он нашёл столько пустых горшочков. Теперь дело оставалось за малым: нужно всего лишь все эти ростки посадить.